Назначение Евгения Тихомирова на пост министра перспективного планирования поначалу воспринимается как очередная бюрократическая ротация, однако очень скоро становится ясно, что новый руководитель – человек неординарный и полный решимости. Его деятельная натура не терпит рутины, и вместо того чтобы погрузиться в изучение многотомных стратегий, он с ходу начинает генерировать поток собственных инициатив, направленных, как он уверенно заявляет, на кардинальное улучшение жизни граждан. Вместе с подобранной командой единомышленников, готовых воплощать самые смелые идеи, Тихомиров запускает один проект за другим, от цифровизации сельских клубов до внедрения системы эмоционального анализа общественного транспорта. Первоначальный скепсис коллег и общества постепенно сменяется интересом, ведь министр демонстрирует невиданную энергию и, кажется, искреннее желание изменить всё к лучшему, ломая устоявшиеся процедуры и игнорируя предостережения более опытных аппаратчиков. Однако путь благих намерений, лишённых глубокого анализа и просчёта рисков, быстро оказывается вымощен непредсказуемыми и зачастую абсурдными результатами. Каждая, казалось бы, прогрессивная инициатива оборачивается чередой неожиданных последствий, создавая хаос вместо порядка и вызывая у населения смесь недоумения и раздражения. Попытка оптимизировать работу коммунальных служб с помощью алгоритмов на основе искусственного интеллекта приводит к тому, что снег убирают исключительно в солнечные дни, а во время метелей техника простаивает, следуя «благоприятным прогнозам». Идея стимулировать здоровый образ жизни путём автоматического начисления штрафов за малую подвижность, отслеживаемую через государственное приложение, оборачивается волной протестов и технических сбоев, когда штрафы начинают получать даже спортсмены на тренировках. Сюжет разворачивается как цепь таких комичных и одновременно поучительных провалов, где искреннее стремление к инновациям и прогрессу сталкивается с неподатливой реальностью, сложностью человеческого фактора и законом непреднамеренных последствий. История превращается в ироничное исследование того, как самые светлые идеи, не отягощённые мудростью, терпением и пониманием систем, могут привести к результату, диаметрально противоположному задуманному, оставляя после себя не улучшенную жизнь, а поле для новых, ещё более запутанных проблем.